Будущее рынка кадров - за специализацией. Елена Позднякова - директор кадрового агентства “Кварта”
Нет заголовка для файла stat199950
Новые вакансии:
  • Менеджер ресторана. Стаж работы: 1 год. - Организация работы ответственных зон (кухня, касса, зал) - управление персоналом в смене, обучение персонала, - Взаимодействие с гос...
  • Монтажник СКС. Стаж работы: 1 год. • Знание и практика монтажа электрических и телекоммуникационных систем. • Знания в области электрики‚ автоматики. • Знание норм прокладки ...
  • Охранник . Обязательно наличие разряда, знание ПК приветствуется. Пост охраны, контрольно-пропускной режим, видеонаблюдение, и т.д. график суточный: 1/2, 2/2, 3/3. график д...

Более 600 тысяч предложений работы! Вакансии от прямых работодателей и агентств.

Прогноз погоды Россия, Москва
-°C

Я ищу тайны гармонии. Вячеслав Зайцев - модельер



Московский Дом Моды Вячеслава Зайцева производит одежду малыми сериями, а также по индивидуальным заказам. Он возник на базе фабрики №19 индпошива, в которой Вячеслав Зайцев работал с 1979 года. На сегодняшний день при Доме Моды действуют: Театр Моды, Агентство моделей “Слава Зайцев”, школа подготовки моделей, школа модельеров “Лаборатория моды”, салон-магазин, парикмахерская и арт-кафе.

 

- Ваша биография выглядит, как стремительное восхождение к вершинам успеха. В 1967 году вы представляли СССР на международном фестивале мод, в 1980 создавали одежду для спортсменов на Олимпиаде-80, в 1989 стали человеком года, в 1997 открыли свою лабораторию моды. Вместе с тем вы не раз говорили, что в вашей жизни было мало веселого и много трагического...

- Да, мне кажется, это своего рода расплата за талант. Мне повезло. Бог подарил мне огромный потенциал, и я должен расплачиваться за это. Видимо, с этим связаны все мои болезни и аварии, человеческие потери. И уход в одиночество - это то же самое. Только здесь я мог бы обрести покой души и работать целенаправленно, то есть посвятить себя работе полностью. Если поначалу меня это очень беспокоило, то сейчас я понимаю, что так должно было быть. Я обрел себя, обрел свободу выражения своих идей, то есть я раскрепощен.

- Сейчас трудно представить, что ваша карьера начиналась с коллекции разноцветных... валенок и телогреек, разработанных на фабрике спецодежды в подмосковном городе Бабушкине.

- Я не ожидал, что после института меня распределят на Бабушкинскую фабрику, - я ведь был ленинским стипендиатом, у меня было предложение работать в Общесоюзном доме моделей одежды.

Для меня это был трагический период, который определил мое кредо в дальнейшем. Но Богу угодно было это сделать, и я не должен роптать. Я должен был не скурвиться и соответствовать тем условиям, в которые попал. Просто найти в этих условиях максимум возможностей для нормальной работы.

Я приехал на эту Бабушкинскую фабрику - типично совковое предприятие, с досками почета, с клубом, с бархатными шторами, с серебряным накатом на стенах... Я все это увидел, и мне стало так жутко... Но я перешагнул через свое самолюбие, свою страсть к красоте и стал работать, изучил все эти талмуды с параметрами рабочей одежды. Первая коллекция, которую я сделал, - “Спецодежда для села и области” - из цветных телогреек, с юбками цветными — плиссе, валенками крашеными. В то время это выглядело комично, но я именно так чувствовал, мне хотелось людям подарить всю эту радость, поскольку русская национальная одежда всегда отличалась богатством красок, удивительной радостью жизни. И эта коллекция не была пафосной, она была осмысленной, это моя формула жизни в моде.

Но на методическом совещании в Москве меня осудили, сказали, что все это был фарс. Тут же провели собрание в Бабушкине, где меня заклеймили, сказали, что я “не туда вел коллектив”. Освободили от занимаемой должности художественного руководителя и поставили на фабрике работать в цеху, чем я и занимался два года. Довели в итоге до нервного истощения, потери зрения... Потом я ездил по деревням с одной манекенщицей, в качестве костюмера у меня была уборщица.

- Тем не менее, вы прославились именно после той, первой коллекции...

- В 1963 году в “Пари Матч” появилась большая статья “Отныне Москва имеет своего большого художника”. Это был такой классный взрыв, после чего ко мне повалили иностранные журналисты - “Лайф”, “Лук”, “Штерн”. За мной стало следить КГБ. Можете себе представить, - в Бабушкине, в 1963 году, фирменные машины! А в 1965 году я встретился в Москве, в ресторане “София”, с теми людьми, которых обожал и боготворил, - с Марком Боаном - художником Дома “Кристиан Диор”, Пьером Карденом, Ги Лярошем. Они меня очень хорошо приняли. С Пьером Карденом и Марком Боаном мы дружили много лет, встречались в Москве и в Париже. Мне повезло - в самом начале жизни такие контакты...

Тогда же, в 1965 году, я ушел из Бабушкина, меня пригласили возглавить экспериментальную группу в Доме моделей на Кузнецком мосту, и там я проработал 13 лет. Мои показы в день моего рождения, накануне 8 марта, всегда проходили в Доме кино. Каждый раз это являлось большим событием для Москвы - полчища народу, милиция. В одно из последних своих выступлений - в сорок лет - я вдруг осознал, что весь этот пафос - туфта, что все, что я делаю, не видит народ. Все, что появлялось на фабрике, не имело отношения к тому, что мы делали.

- Когда-то вы покупали аксессуары и обувь для показа своих коллекций на собственные деньги ...

- И по сей день покупаю. Уже тридцать шесть лет покупаю. Еще когда работал в Доме моделей на Кузнецком мосту, и на фабрике - то же самое. В восьмидесятые годы не было обуви, ходили по подиуму в чулках.

- Модели ходили босиком?

- Да, шили драповые тапочки, чтобы выйти на сцену, или босиком ходили. Просто было не в чем... Покупал чуни какие-то, сапожки из кожзаменителя в Средней Азии. Однажды купил в Военторге военное мужское белье, перекрасил в Большом театре в разные цвета, - желтый, оранжевый, красный. Выходили в этих кальсонах девчонки, ребята, - получились такие штаны-бананы...

- При социализме реакция народа на Высокую моду была однозначной: “Да уж, в такой юбке только в трамвай садиться”...

- ... или: “сейчас в такой шляпе и с авоськами пойду на рынок”. Это был уровень сравнительных ценностей, понимаете? Члены Художественного совета так и решали: “Я это не надену”, “это не наденут”. Все эти художественные советы были пыткой для художников, потому что они - авторы, они - творцы, а приходили постные люди и решали судьбу их личности. Поэтому, когда я перешел в Дом моды, я упразднил Художественный совет, упразднил все встречи с начальствующими организациями, а когда мы акционировались, - просто перестал их пускать. Я их приглашаю на большие показы, как гостей, чтобы они были в курсе дела. Потому что не должно быть насилия над личностью. Можете себе представить, чтобы Иву Сен-Лорану диктовал какой-нибудь Пупкин, а Диору - Нюшкина? Художник высказывает проработанную концепцию. Творческий процесс - это выход в астрал, это нечто метафизическое.

Я никогда не могу понять, почему у меня происходит так или иначе, почему я могу объяснить, как одеть человека, чтобы у него поднялось настроение, чтобы он стал лучше. Это чисто профессиональный, интуитивный момент плюс огромный наработанный материал - и дар Божий. Но личность как таковая не существовала в период развитого социализма. Поэтому я вызывал раздражение, был как красная тряпка для быка. С годами я понял - я “свой среди чужих, чужой среди своих”. Это состояние изгойства практически осталось, и я продолжаю работать только благодаря небольшому кругу людей, которые меня любят, понимают, стимулируют в творческом процессе и в дальнейшей жизни. Иначе я давно бы к чертовой матери все это бросил.

Но я понимаю, что это - миссия. Не в пафосном смысле, - избави Бог! Это длительный, серьезный рабочий процесс, который оправдывает мое присутствие здесь. Я не понимаю праздности существования вообще. Тление, роскошь, праздность, к которой стремятся, - это страшно для человека. Человек должен всю жизнь созидать, в этом смысл творческого индивидуума.

Природа до такой степени непредсказуема и прекрасна во всех своих проявлениях, что мы, как разумные существа, должны стремиться к пониманию и отражению этой красоты - каждый на своем участке. Не только в моде - в интерьере, в экстерьере, в делах своих. И я это для себя принял и понял, я работаю внутри этой программы и безумно счастлив.

Я ищу тайны гармонии. Моя новая коллекция будет называться “Тайны Гармонии”.

- Вячеслав Михайлович, сколько людей сейчас работает под вашим началом?

- Огромное количество. Я патронирую множество конкурсов. Национальный конкурс детских театров моды “Золотая игла”, затем всероссийский конкурс “Экзерсис” среди учащихся и преподавателей профессиональных колледжей, Ивановский текстильный салон, фестиваль российской моды “Бархатные сезоны в Сочи”, под моим председательством проходит ежегодный конкурс профессиональных художников-модельеров им. Надежды Ламановой. Также я провожу семинары, фестивали, встречи, конкурсы. Плюс Дом Моды - нас сто с лишним человек. Плюс театр - тридцать шесть человек. Детское агентство сейчас курирую. При этом надо заниматься коллекциями, живописью, графикой, фотографией, Лабораторией моды...

- Вячеслав Михайлович, сколько часов в день вы спите?

- Максимум - шесть.

- Неужели этого хватает?

- Нет, не хватает. Я сплю, как только предоставляется возможность - в машине, в поезде, в самолете. Как только выпадает момент приложить голову к чему-нибудь, - я сразу засыпаю. Конечно, лучше бы спать восемь часов, а можно и больше - для пожилого-то человека, убеленного сединами... (Смеется).

- Какое из своих многочисленных занятий вы могли бы назвать своим хобби?

- Живопись, фотография.

- Ничего себе хобби! Вы же профессионально этим занимаетесь!

- А у меня нет времени этим заниматься. Вы меня спрашиваете о хобби? Тогда моя жизнь - хобби. Мне просто повезло, что я могу самовыражаться.

- Вы говорите о себе: “Я не бизнесмен, а художник”. Бизнес для вас не главное?

- Для меня бизнес - как неопознанный летающий объект. Я пытаюсь проникнуть в эти тайны - но не могу, не понимаю. Мне это не только чуждо, - мне это не дано, эта часть головного мозга у меня просто не функционирует активно. Но, будучи порядочным человеком - я могу это честно сказать - и не “вором в натуре”, я смог держать это предприятие в течение всех этих лет, с тех пор как в 1988 году стал директором. Я не понимаю - как. Были тяжелейшие ситуации - они и сейчас есть, потому что моя доверчивость - враг мой. Очень много аферистов побывали здесь и разграбили Дом.

Хорошо, что в последнюю минуту мой сын Егор оказался рядом... Я всегда боялся ему об этом говорить, нагружать его, а оказалось, что он - единственный человек, который может поправить дела. Сейчас он - генеральный директор. У него более сконцентрированное мышление, есть элементы правильного, продуманного прагматизма - от мамы. Это счастье, когда можно работать со своим сыном и гордиться им...

- Каким образом вы подбираете персонал для своего Дома Моды?

- Это очень сложный процесс. С одной стороны, я человек очень загорающийся. Я открываюсь на улыбки, обольщаюсь порою какой-то статью, красотой человека, но на поверку это часто бывает фальшивым, поэтому приходится расставаться. Раньше я по этому поводу сильно переживал, сейчас спокойнее отношусь, - на все воля Божья. Очень много людей у меня сейчас работает из тех, что начинали в театре, в агентстве.

За эти годы я научился видеть человека - его состоятельность, его порядочность. Сейчас мы кадровые вопросы решаем с Егором, потому что я понял, - он еще тоньше меня чувствует, умеет абстрагироваться от иллюзий, от некоторого пафоса, который у меня присутствует...

Для меня еще очень важно визуальное восприятие, потому что я считаю, что человек, работающий в Доме, должен быть красив. Работать в Доме, где создается красота, и не соответствовать этой гармонии - это противоестественно. Если я чувствую, что интеллекта больше, чем красоты, - стараюсь с этим человеком работать, чтобы он был в конечном итоге завершен. Макияж, стрижка, прически, костюм, - стараемся все выстроить так, чтобы это входило в рамки дозволенного.

И еще помогают обстоятельства и Бог. Он как бы вовремя открывает человека.

Если я вижу, что человек максимально самовыражается, - я максимально ему и сам отдаюсь, чтобы он себя ощущал востребованным. Но если чувствуется какая-то подлинка в человеке, этакое хамство, лицемерие, - я даже слушать не хочу. Я сразу говорю: “Вон!”- и все. Потому что я слишком долго выстраиваю вокруг него ауру, - и вдруг оказывается, что это пустой, не заслуживающий моего внимания человек.

- Вам приходится работать с очень красивыми женщинами. Наверное, очень трудно делать им замечания, увольнять с работы, если это необходимо...

- Вы знаете - нет. Мне не трудно, я уже привык за эти годы. Всю жизнь работаю с женщинами и всегда с красивыми - у меня есть чувство отбора. Трудно делать замечания, но я очень жесткий человек. Может, надо быть порой более деликатным, смягчиться, - но люди не понимают деликатности. Они садятся на шею, и это становится невыносимо! Подбор кадров - пожалуй, самое трудное дело...

- Многие западные модельеры жалуются, что русские топ-модели чересчур капризны, самоуверенны, с ними трудно работать...

- Я не могу сказать это обо всех. Наташа Семанова, которую я открыл, меня подкупила даже некоторым излишним смущением. И она сохранила этот имидж, - а ведь сейчас с ней работают многие агентства. Татьяна Сорокко, Ольга Пантюшенкова - тоже очень сильные личности.

А есть девочки, которые на Западе превратились в откровенных проституток, хотя в России вели себя очень прилично. Обстоятельства заставляют их быть такими. Иначе они не могут заработать возможность где-то сниматься.

- Из-за какого проступка вы наверняка уволили бы человека?

- Из-за предательства идей, принципов. За воровство тут же увольняю.

- Если человек пришел к вам устраиваться на работу, но вам не нравится, как он одет, - это может стать причиной отказа?

- Нет, конечно. Одеть можно любого человека. вы знаете, вот есть выражение в глазах, в улыбке человека... Очень много говорят глаза - зеркало души, это правда. Вот какой-то импульс бывает, толчок, - или да, или нет. Есть возможность поговорить, - мне самому интересно, такой эксперимент происходит, психологический этюд получается в общении. А бывает, что тут же отторжение, не принимаю человека сразу, даже если красивый. Чувствую - не то. Но ошибок все равно очень много.

- Многие читатели нашей газеты ищут работу. Как вы посоветуете сейчас одеваться на собеседование?

- Я считаю, что для этого лучше всего - классический стиль. Вот вы сейчас очень хорошо одеты. Это именно то, что я люблю, проповедую - классический стиль. Английский стиль пиджака, блуза с красивым шарфом... Такая классика - это азбука хорошего вкуса. Сегодня купить классический пиджак не так сложно, как и тоненькую маечку или свитерочек, или мужскую рубашку белую с шелковым шарфом. Это замечательно, это всегда освежает человека.

- В одном из последних интервью вы сказали, что уже четыре года не получаете прибыли и существуете только на продаже парфюма за рубежом...

- Да, нам едва хватает средств, чтобы с трудом, с большим опозданием заплатить налоги... Мне самому деньги не нужны - некуда их тратить. У меня маленькая квартира, она еще в 1986 году была сделана, и в ней нет ничего особенного. Есть кухня, стол рабочий, раскладушка, на которой я сплю - и все.

Я человек без понятия о роскоши, у меня к ней нет стремления. Считаю, что мое творчество - это самая большая роскошь, которую мне Бог подарил, потому что я могу там быть роскошным.

И еще большое дело, которое я делаю уже шестой год, - на те средства, которые у меня остаются от трат на Дом Мод, я строю свой музей в Подмосковье. Мне выделили площадь, я хочу потихоньку собрать там свои любимые работы, - живопись, графику, фотографии, - и после смерти подарить Отечеству. Потому что при жизни это никому не нужно, а упрашивать кого-то - не по моей части. Я это сделаю - и могу спокойно уходить.

- Ваши ученики из “Лаборатории моды” говорят, что вы, несмотря на занятость, каждую неделю читаете им лекции, постоянно смотрите их работы и даете советы...

- Я пришел к убеждению, что надо больше личным примером доказывать.

Я говорю очень мало, но очень концентрированно, с каждым пытаюсь войти в его мир, открыть его возможности, показать, на что он способен. Ты можешь читать лекции - но тебя могут не слушать. Опыт работы дает мне право и возможности быть, с одной стороны, очень объективным, с другой, - очень профессионально направленным. Работа с молодыми художниками дает мне уверенность в том, что зерна, брошенные в благодатную почву, могут взрасти, и в дальнейшем эти люди будут востребованы, они украсят Россию своими талантами...

- Меня всегда интриговал вопрос: откуда все-таки берется мода?

- Вы знаете, меня он тоже интригует всю жизнь, я никак не могу понять, откуда мода берется. Это очень трудно объяснить, она в воздухе, понимаете? Кто-то находит ее на улице, кто-то в истории, кто-то в фольклоре, адаптирует... Мне кажется, что у каждого художника есть свое восприятие и умение почувствовать настроение времени, настроение людей.

- Для меня это накопление знаний об ушедших цивилизациях, история, которую я изучил достаточно досконально. Плюс настроение времени, которое надо угадывать. Тот, кто правильно поймет это настроение, - тот выживает. Это особый дар, его объяснить невозможно. И какой-то эмоциональный заряд. Плюс, конечно, мощная финансовая база для того, чтобы ты мог максимально реализоваться. Конечно, такой фундаментальной базы почти никогда не бывает, и ты вынужден довольствоваться теми возможностями, которые у тебя есть. Раньше я шил только из отечественных тканей, потом появились средства, - я стал покупать за границей ткани, аксессуары.

- Как вы считаете, - в стиле ХХI века появится нечто новое?

- Я не провидец, и мне трудно сказать, будет ли нечто новое. Я человек, который является рабом гармонии. Пока я жив, я буду петь ей гимн, искать возможности для самореализации через созидание.

То, что сейчас происходит в моде на рубеже ХХI века, - страшно. Такая мешанина, такой кич, такая эклектика! Но все это можно оправдать просто как смену веков - “все смешалось в доме Облонских”. А сейчас, я думаю, гармония пойдет через фольклор. Фольклор - это всегда оздоровление нации. Ив Сен-Лоран первым вернулся к народным мотивам. Вячеслав Михайлович тоже обозначил свое присутствие в ХХI веке появлением фуфайки из павлово-посадских платков. Этими платками сейчас завалены все лотки, опошлена уже сама по себе идея посадского платка как национального головного убора. А здесь она живет наполненной, новой жизнью.

Я думаю, оттуда пойдет оздоровление, - от возврата к народной мудрости. А потом - накопления цивилизации, наконец, новые ткани, дающие новые возможности.

- И последний вопрос: что бы вы пожелали читателям нашей газеты?

- Верить в жизнь. Верить в то, что человек не зря приходит жить. Если ему дано это право, надо им максимально воспользоваться и оформить своим присутствием окружающий мир. Вот мое пожелание.

 

Беседовала Анна Баскакова



Анонсы, новости, мероприятия

Рынок рекрутмента в 2014-м подкорректировал прогнозы

Рынок подбора персонала своеобразно отреагировал на потрясения 2014 года. Согласно данным исследования, проведённого агентством Маграм, он сократился на 13%, хотя многие эксперты прогнозировали падение до 25-30%.

Горячая пора охраны труда

19 ноября в Москве прошла конференция «Обеспечение охраны труда в условиях новой государственной политики», которая собрала около 200 представителей государственных структур, юридических, научных и исследовательских организаций, экспертов и инженеров в области охраны труда.

Доброкон 2013

28 ноября 2013 года Лаборатория социальных инноваций Cloudwatcher в партнерстве с Департаментом культуры города Москвы проводят очередную Всероссийскую конференцию по развитию благотворительности, социального препринимательства и волонтерства «Доброкон-2013» по теме «Социальные технологии: власть, бизнес, общество – как эффективно инвестировать в общее благо».

Охрана труда: ветер перемен

19 ноября 2013 года пройдет конференция «Обеспечение охраны труда в условиях новой государственной политики», участниками которой станут представители государственных структур, юридических, научных и исследовательских организаций, эксперты в области охраны труда.

Подпишитесь на нашу рассылку

Приложения

Теперь зайти на сайт "Работа в Москве" из браузера Google Chrome можно всего в 1 клик. Поставьте себе совершенно бесплатно нашу кнопку из официального магазина Chrome Web Store и вы еще на шаг приблизитесь к работе вашей мечты! Установить удобную кнопку для вашего браузера!

Работа в Москве для Google Chrome

Наши партнеры

Вакансии, размещаемые на сайте "Работа в Москве" автоматически публикуются на портале TrudBox. Расширьте аудиторию - публикуйтесь у нас!

Работа в Москве на TrudBox